Разобьём, братцы, басурмански кораблики,
Заберём мы казны сколько хочется!..
– Ай-да Васяга!.. Молодца… – послышались довольные голоса. – А ну, еще раз, ребятушки, чтоб покрепче затвердить… Зачинай опять, Васька.
– Стой!.. – остановил вдруг певцов атаман. – За такую песню надо попотчевать… Удружил Васька…
Он выступил к костру с бочонком водки под мышкой и, налив чарку, сам поднёс её Ваське, первому. Тот был смущён и доволен и, хватив чарку, молодцевато сплюнул в сторону, тряхнул золотыми кудрями и проговорил:
– Вот благодарим покорно…
Среди шуток и смеха чарка пошла по кругу.
– А ну, Васька, запевай…
И снова над воровским табором, на грани пустыни и моря, залился, зазвенел удивительный Васькин тенор:
А у нас то было, братцы, на тихом Дону…