«Пусть Херкья теперь
к котлу подойдет,
та, что сгубить
собиралась Гудрун!»
11
Жалок для взора
вид был у Херкьи,
руки свои
в котле обварившей.
Повели тогда деву
в глухое болото —
так смыть обиду
Гудрун смогла.
Плач Оддрун. [746]Сюжет этой героической элегии не восходит к сказанию о нибелунгах, хотя некоторые события из этого сказания упоминаются в ней. Характерна, однако, сентиментальная трактовка, которую здесь получают эти события: Атли бросает Гуннара в змеиный ров в наказанье за связь с Оддрун, а не для того, чтобы завладеть сокровищем, и Гуннар играет в змеином рву на арфе, чтобы призвать на помощь Оддрун, а не для того, чтобы показать свое презрение к смерти. Песнь обычно относят к поздним. Непоследовательность в нумерации строф объясняется перестановками, которые С. Бюгге делал в своем издании..
О Боргню и Оддрун.
Одного конунга звали Хейдрек. Его дочь звали Боргню. Вильмундом звали того, кто был ее любовником. Она не могла разродиться, пока не подоспела Оддрун, сестра Атли. Оддрун была раньше возлюбленной Гуннара, сына Гьюки. Об этом здесь рассказы вается.
1
Слышал рассказ я
в древних сагах,
как дева[747]Дева — Боргню. явилась
однажды в Морналанд;[748]Морналанд — в данном случае, видимо, то же, что Хуналанд ниже. Этимологически — Мавритания.
никто из людей
на земле не мог ей
дочери Хейдрека,
помощь подать.
2
Услышала Оддрун,
Атли сестра,
что тяжкие боли
деву схватили;
из стойла взяла
удилам покорного,
на вороного
седло возложила.