Упал лицом в подушечку,
Потом привстал, поправился:
"Эй, Прошка!"- закричал.
Лакей, по слову барскому,
Принес кувшинчик с водкою.
Гаврило Афанасьевич,
Откушав, продолжал:
"Бывало, в осень позднюю
Леса твои, Русь-матушка,
Одушевляли громкие
Упал лицом в подушечку,
Потом привстал, поправился:
"Эй, Прошка!"- закричал.
Лакей, по слову барскому,
Принес кувшинчик с водкою.
Гаврило Афанасьевич,
Откушав, продолжал:
"Бывало, в осень позднюю
Леса твои, Русь-матушка,
Одушевляли громкие