Да, бог хотел! Просто невероятно, чем только он не одарил маленькую Данию. На самой тощей земле вырастало золото, даже пустошь стала золотой — старые, заброшенные торфяные болота опять привлекли к себе внимание. И рабочие, которые должны были бы возделывать землю крестьян, теперь работали сдельно, стоя по пояс в воде. Нередко они сами брали в аренду такое болото и образовывали маленькие компании, «делянки», как они их называли, и выколачивали в день на худой конец двадцать — тридцать крон. По субботам «арендаторы» вызывали из ближайшего города автомобиль и отправлялись с девушками кутить в варьете. Управляющий молочной фермой оказался прав: молодым людям не следует давать большие деньги!
Однако и здесь сказалось отсутствие организации: крестьяне нанимали людей за определенное жалованье, а доход целиком клали себе в карман — ведь торфяные болота фактически принадлежали им.
Поезд на мгновенье остановился на станции Лэм, и Йенс Воруп вдруг вспомнил своего старого батрака Сэрена Йепсена. Ведь он живет где-то здесь поблизости. Говорили, что дела его идут неважно: он будто бы тоже решил заняться добычей торфа и, само собой разумеется, не выдержал. Бедняга! Лучше бы оставался служить на хуторе.
На другой станции, немного подальше, Йенс увидел статного, крепкого старика, с виду землевладельца, он шел вдоль поезда и заглядывал в вагоны, затем вошел в отделение, где сидел Йенс, приветливо сказал «здрассте» и уселся напротив.
Когда поезд тронулся, новый пассажир извлек из своего портфеля игральную доску, не спрашивая разрешения поставил ее себе и Йенсу на колени, вынул колоду карт, тщательно перетасовал их, положил перед Йенсом Ворупом и безапелляционно заявил:
— Ты снимаешь, ставка двадцать пять эре.
— Благодарю, но я не играю в карты, — смеясь, ответил Йенс Воруп, он еще никогда не играл на деньги.
— Тоже хорошо!
Пассажир невозмутимо сунул карты в карман и переложил доску на свои колени; потом вынул из кармана одну монету в две кроны и две спичечные коробки и начал играть ими: он накрывал монету то одной коробкой, то другой, то проводил обеими коробками одновременно по доске и, видимо, находил в этом большое удовольствие. Йенс Воруп с удивлением наблюдал за ним.
— Она, видно, хочет спрятаться, — сказал старик и весело посмотрел на Йенса Ворупа, — но мы последим за ней! Где. же она теперь?