— Да, это большой талант, почти гений, но как человек, он tres mal eleve![34]
Сидим мы на набережной в Ялте.
Совсем индиговое море у наших ног. Чмокается в деревянные пристани, чуть покачивая замершие у берега лодчонки. Кипарисы, вытянувшись в струнку, млеют в солнечном тепле и свете. Дали чистые, прозрачные, в их лазури рая мерещутся.
Мимо одна из местных литературных девиц (на этом типе я остановлюсь когда-нибудь!) и еще издали расстреливает глазами Антона Павловича.
— Еще одна ваша победа, — простодушно замечает он.
— Слушайте! Вы это что же? За пробирную палатку меня принимаете?
— Нет… я ведь видел.
Я его поднял на смех.
— Жаль, Нефедова нет.
— А что?