— Терпеть не любит…
— Помните, братцы, одно: первое дело, и второе, и третье — не бояться. Если кто боится, тот пропал, а в ком страху нет, тот и сам спасётся, и врагов победит.
— Точно так, ваше высокоблагородие! — сочувственно отозвались кругом…
— Ты где же эти георгиевские кресты получил?
Брызгалов отлично знал где, но ему нужен был «показ» для солдат.
— Кази Муллу самого под Гимрами мы расхлестали… Отчаянный был, а только нет… Напоролся на наших тенгинцев, — хвостов своих не собрал. Здорово они тогда от нас в горы уходили, — а мы за ними. Сколько горских аулов ихних мы изничтожили. До сих пор, чёртовы дети, помнят…
— А второй?
— А второй, ваше высокоблагородие, наибишку ихнего урой полонили мы под самым Веденём. Точно куроптей накрыли в засаде, — руками взяли. Так крикнули им «уру», что у них ружья попадали. Один, точно, полоснул меня кинжалом в плечо, но только так… говядину порезал, — а кость ему не поддалась. У меня кость крепкая… Русская кость!
— Так ты думаешь, что сегодня штыками будет работа?
— Точно так, потому гололобые не дарма прихилились. Большую они пакость задумали.