- Братцы, что же вы в своих-то? - слышится отчаянный крик за бруствером. Смятение в траншее на левом фланге сильное. На правом люди стоят молодцами.
Минуты проходят как мгновенья. Хрипло раздается команда. По всей неприятельской линии залпы. Несколько гранат уже разорвались позади нас. Вот шрапнель яркой звездой вспыхивает над нами.
- Ах, это уж не те! - вздыхает Скобелев...
- Напрасно, - останавливает его Куропаткин. - Правый фланг и центр траншеи в полном порядке...
Через бруствер лезет целая кучка.
- Куда вы? Трусы... - наскакивают на них.
- Да мы раненого несем, - сурово, злобно звучит ответ.
Действительно, в суматохе слышны болезненные жалобы и в душу проникающие стоны.
Раненого сносят вниз, но в это время по траншее для подкрепления левого фланга идет рота. Ей навстречу беспорядочная кучка только что вернувшихся, объятых паническим страхом солдат, слепо, без толку пробирающихся на правый фланг. Раненый ускользает из рук носильщиков и падает на землю. Масса проходит во тьме через него. На нем суетятся, тончат его. Из-под ног всей этой массы слышатся болезненные стоны, отчаянный вопль, мольбы... Но кому какое дело! Всяк рвется скорее добраться до места.
- Господи, Господи... - замирает внизу все тише и тише голос раненого; под конец он только хрипит, видно, силы нет кричать от боли...