В следующий раз он поручил ведение своего хозяйства офицеру. Тот недели в две накатал ему счет тысяч в пять-шесть.
- Это невозможно... Прикажете проверить? - спросили у него.
- Ни под каким видом. Вина прежде всего моя - потому что я его назначил сам... Заплатить, и ни слова об этом. Разумеется, впредь ему денежных поручений не давайте никаких. Это раз. Если бы это были деньги общественные или чужие - Другое дело... Немного погодя я найду, что ему не к лицу моя дивизия, и он сам уберется из нее.
Расставался со своими он вообще неохотно и долго не прощал тем, кто оставлял его сам...
- Я люблю М.М., он храбрый человек, полезный, только я не возьму его к себе.
- Отчего?
- Он меня оставил... Это было сделано не по-товарищески...
О тех же, которые меняли свой мундир на полицейский, Скобелев потом и слышать не мог.
- Не говорите мне о них... Храбрый боевой офицер - и так кончить!..
Когда у него просили за них, он обрывал прямо: