Они в самом деле никогда не отказывали, аппараты работали исправно, но тем не менее рубидия мы не нашли.
Я, помню, сидел тогда на берегу, думал обо всем этом и смотрел на высокие известковые ступени, спускавшиеся к реке. По ним могли бы шагать только великаны. Я даже представил их живыми.
Наконец мне надоело бесцельное созерцание красот природы, я со злостью бросил камень в воду и побрел к палатке. Навстречу мне шли с полотенцами Андрей и Сандро: видимо, решили искупаться.
Сандро, по обыкновению, все время вертел головой и удивленно смотрел на окружающее, словно впервые увидел мир. У него был острый глаз и настоящее любопытство исследователя.
В этот раз его заинтересовал шофер. Он лежал на спине под машиной, разбросав по земле ноги в огромных желтых ботинках. Сандро дернул Андрея за рукав.
— Смотри, — указал он взглядом на башмаки, — как две сковороды с яичницей.
Андрея привлекло другое. Он остановился у машины и концом полотенца провел по никелевой решетке радиатора. На полотенце появилось рыжее пятно. Ярцев досадливо поморщился и недовольно сказал шоферу:
— Вот что, молодец, у тебя совесть есть? Неужели ты не видишь, до чего машину довел?
Шофер с недовольным видом вылез из-под кузова.
— Сырость здесь большая, — проворчал он. — Каждый день вытираю. От реки, что ли?