Я нажал пусковую кнопку на спине у собаки.
В ее глазах загорелись синим светом контрольные лампочки.
Загудел мотор, и игрушка ожила.
Подойдя к разостланной на земле скатерти с остатками нашего обеда, я взял кусочек булки, затем вернулся к собаке и поставил ручку шкалы на индекс хлеба.
Стоило отойти с хлебом в сторону, как Мартын, шлепая по дорожке резиновыми гусеницами, двинулся ко мне. Я водил куском хлеба по траве, и собака, меняя направление, все время бегала за мной.
— Хороший пес, умный, — говорил я, ласково поглаживая Мартына по блестящей спине.
Демонстрация продолжалась. Я выключил аппарат, затем провел куском хлеба «линию запаха» по траве и оставил его возле дерева. Нажал кнопку — Мартын вырвался из моих рук, побежал по дорожке запаха и уперся неподвижной мордой в кусок хлеба.
— Хлеба он не ест, — шутливо пояснял я гостям, — питается исключительно электроэнергией. Сегодня после охоты придется подкормить его аккумуляторы добавочной порцией.
— Занятная игрушка! — восхищенно промычал Омегин. — Наглядно. Ничего не скажешь.
Я видел, что Мартын произвел на него довольно выгодное впечатление.