— Почему же это, бабушка, — спрашивали дети, — на Викторке никогда нет хорошенького платья, даже и в воскресенье? Что это она никогда ничего не говорит?
— Потому что она юродивая.
— А что это, бабушка, значит: юродивая? — спрашивали дети.
— Ну, когда человек не в полном разуме.
— А что же делают не в полном разуме?
— Да вот, например, Викторка! Она ни с кем не говорит, ходит оборванная, живет летом и зимой в лесу, в пещере.
— И ночью также? — спрашивал Вилим.
— Конечно. Ведь вы слышите сами, как она до ночи поет у плотины, потом идет спать в пещеру.
— И не боится ни огоньков[16], ни водяного? — с большим удивлением спрашивали дети.
— Да ведь папенька говорит, что водяного совсем нет, — замечала Барунка.