— Писарь Калина несет мусье Жоли!
Он не хотел называть песика попросту и потому дал ему титул, которым иногда награждали Жолинку барыня и мамзель. Господин Скочдополе засмеялся и, обрадовавшись тому, что Жоли нашелся и не будет стоить ему всего поместья, воскликнул:
— Держи слово, сударыня, и в отношении писаря!
Вошел Калина, с ним Войтех и кое-кто из гостей, которые хотели узнать, как все произошло, потому что эта комедия очень их развеселила.
— Жоли, мой Жоли! — воскликнула барыня, раскрывая объятья.
Услышав ее голос, песик хотел спрыгнуть с рук писаря, но Калина, вспомнив, какие последствия имел для него такой прыжок, не пустил его, а бережно положил на колени барыни.
— Где вы его нашли, Калина? — спросил барин.
— Не я нашел, ваша милость, мне дал его этот мальчик; он стеснялся и боялся идти в замок,— ответил Калина и рассказал, как Войтех проходил рядом и сел отдыхать под липами около замка, как нашел песика и как спас его от несчастья. При этом Калина ни одним словом не упомянул о Кларинке.
— Чей это мальчик?— спросил барин.
— Сирота. Его мать первая умерла от холеры две недели тому назад, и мальчика взял к себе портной Сикора: у него пятеро своих детей, он бедный, но добрый человек.