На этот раз Михаил Кузьмич не стал оправдываться. Он долго молчал и так пристально смотрел на жену, точно видел ее впервые.
— Хорошо, раз ты этого требуешь, скажу. Да, мне не всё сейчас нравится в нашей жизни. Что-то у нас не так…
Взлетов вздохнул, задумчиво провел ладонью по волосам, тронутым проседью.
— И это всё, что ты можешь, Миша, сказать мне?
— Пожалуй, да…
— Погоди, Михаил. Ты не должен обрывать на этом разговор. Ты говоришь, тебе не всё нравится в нашей жизни… Это жестокие слова! После них надо объясниться до конца. Я хочу, чтобы ты был предельно откровенным и… мужественным!
— Охотно, — согласился, помолчав, Взлетов. — Если хочешь знать, одолевает меня какая-то тоска.
— Причины?
— Не знаю… просто так. Хандра.
Взлетов отвел глаза от взгляда жены и снова глубоко вздохнул: