— Может быть, вы всё же измените свое намерение?.. Мне кажется, что целесообразнее и справедливее с разводом повременить.
— Сколько же еще можно страдать? Позвольте мне, граждане судьи, отказаться от мнимого счастья, от узко-корыстных интересов, которые так старательно и так безуспешно пытался привить мне мой супруг.
Прокурор был немногословен. Он решительно высказался за удовлетворение иска. Семью Синяковых нельзя восстановить и укрепить. Таких людей, как Синяков, трудно, а может быть, и вовсе невозможно поставить на правильный путь. Во всяком случае, для этого потребовалось бы много терпения, времени, труда и каких-то особых педагогических навыков. Истица, видимо, выбилась из сил. Могут ли суд и он, прокурор, подсказать ей новые меры, чтобы сохранить семью? Нет, не могут. А поскольку не могут, надо согласиться с истицей и освободить ее от брачных уз, которые превратились в цепи.
Звонок. Публика стихла. Вошли судьи. Павлова огласила решение: иск удовлетворен. Брак расторгнут. Госпошлина по делу отнесена на счет ответчика Якова Николаевича Синякова.
Люди, споря между собой, покидали зал.
Из совещательной комнаты вышли народные заседатели. Яков Николаевич проводил их глазами и направился к судье.
— Можно? — спросил он.
— Зайдите! — отозвалась Павлова.
— Я на одну минуту, — вкрадчивым напевным голосом начал Яков Николаевич. — У меня к вам лишь один вопросик.
— Ах, да, я забыла объяснить порядок и срок обжалования решения.