Женихов своих пересуживать!
Да ты внаешь ли власть отцовскую?
С пастухом, велю, под венец пойдешь!
Не учи, скажу: так мне хочется!"
Захватило дух в груди дочери.
Полотна белей лицо сделалось,
И, дрожа как лист, с мольбой горькою
К старику она в ноги бросилась:
"Пожалей меня, милый батюшка!
Не сведи меня во гроб заживо!