И щеки молодки румянцем горели…
Вот медом окончился сытный обед.
"Спасибо за хлеб-соль и пасху Кудимыч, -
Сваты говорили и силились встать, -
Спасибо тебе тоже, Яков Данилыч,
Довольны, родимый: уж неча сказать!"
- "Не стоит, сваточки: вы вовсе не ели, -
Сватам, спотыкаясь, пчелинец сказал, -
А что бы одну вы мне песенку спели?
Я песен, признаться, давно не слыхал!"