ПО СЛЕДАМ РАЗВЕДКИ
На Терс-Агаре Стах и Арик сообщили нам, что Крыленко и Бархаш с вершины горы Кулдован, высившейся над Терс-Агаром, в бинокль исследовали пики Ленина и Гармо и сделали вывод, что Гармо со стороны бокового ледника, с востока, с ледника Федченко совершенно неприступен. Гигантская снежная стена спускается на боковой ледник, и преодолеть это препятствие является делом нелегким. Значит, шансы восхождения на Гармо резко понизились, так как, по их мнению, оставался возможным лишь один путь – с запада по реке Гармо.
Я тоже поднялся на Кулдован и с высшей его точки долго исследовал в бинокль пути на пики Ленина и Гармо; по-моему, трудности восхождения на Гармо с востока были преувеличены. Во всяком случае, надо было этот путь исследовать, надо по нему пройти.
Завтра мы с караваном трогаемся вслед за разведчиками по Саук-Су. Значительную часть продовольствия мы все-таки оставили на Терс-Агаре на случай восхождения на Гармо.
Путь наш должен был проходить через продовольственную базу экспедиции Джургучак, урочище Джайлау-Борджок к Козгун-Токаю. В 1928 г. немцы, проходившие этим путем на лошадях по долине Саук-Сая, достигли в 2 дня Козгун-Токая. Но это было в сентябре, когда Саук-Сай не являлся препятствием. Сейчас же, в половине августа вода так разлилась, что ехать по долине не было никакой возможности, и приходилось вести караван через 4000-й перевал Кулдован.
С Терс-Агара нас тронулось 5 человек и 12 лошадей. Перевал был крутой. Вьюки то и дело сползали с лошадей, и буквально на каждом шагу приходилось их перевьючивать.
Наконец, мы достигли перевала. При въезде на перевальную лужайку раздался зловещий свист горной индейки, которую местные жители называют «улар»; свист был похож на завывание ветра в трубе в зимнюю ночь и произвел на нас жуткое впечатление. Но когда мы их увидели, то «мальцы» первыми сорвались с места с ружьями и открыли по птицам учащенную пальбу дробью. Улары не летят, они предпочитают бежать врассыпную и притом в гору. Ни один улар, конечно, не пострадал.
С перевала открылся чудный вид на всю долину Саук-Сая, которую в конце замыкал какой-то большой снежный пик. Начали спуск. Было очень круто, но хорошая тропа, проделанная геологической группой вплоть до самого Джургучака, несколько облегчала спуск. В середине, спуска, когда весь караван находился в самом опасном месте, где от малейшего неверного шага лошадь с седоком или вьюком могла покатиться по крутой осыпи, по рядам раздался дружный возглас удивления: «а-х, а-х, что это, кто это?».
Над нами в каких-нибудь 10 м летел, неслышно взмахивая крыльями, следя за нами хищным взглядом, по-видимому, кондор, так как на шее его мы заметили что-то вроде ожерелья. Размеры хищника очень удивили нас. Пока мы наблюдали за ним, он пролетел. Тогда только все встрепенулись и полезли в кобуры за револьверами. Винтовки снимать было сложно, лошадь могла не выдержать наших движений и скатиться по осыпи. Но пока мы возились, кондор спокойно свернул за гору, в ущелье.
После долгих мытарств, переправив вьючных лошадей через многоводный Кулдованский поток, мы очутились опять перед Саук-Саем, который также предстояло 2 раза переехать. Некоторые из нас принимали здесь первое «боевое крещение».