К удивлению Авдотьи, девочки, несмотря на тоску по отцу, стали спокойнее, ровнее, в разговоре у них появились новые темы и новые слова. Особенно восприимчива была Дуняшка, которая постоянно смешила все разросшееся семейство Василисы. Когда Валентина привезла ей из Угреня резинового петуха, Дуняшка склонила голову набок, осмотрела петуха со всех сторон и Авдотьиным голосом снисходительно изрекла:
— Ничего по экстерьеру…
У нее появились собственные политические убеждения и планы.
— Черчилль — очень плохой человек! — заявила она во всеуслышанье за ужином. — Когда я вырасту, я его повыгоняю.
— Куда ж ты его повыгоняешь? — поинтересовалась Валентина.
Дуняшка не замедлила с ответом:
— В пустыню Сахару!
— А что он там будет делать?
Дуняшка и тут не растерялась. Судьба Черчилля была предопределена ею заранее:
— Он там ветряки будет строить, чтоб воду из моря гнать нам на ферму.