А Матвеевич и Алеша были уже рядом.
— Стоят? — удивился Матвеевич.
— Стоят.
— Дивное дело! Не померзли!
— Воспитанные! — Таня прижалась щекой к стеклу. — Стоят, милушки мои, стоят, умники мои, стоят, дорогушечки…
— Целуйся с ними, — усмехнулся Петр. — Лучше бы меня поцеловала! Пошли, ребята!
Не успели уйти полеводы, как возле парников показалась Авдотья.
— Ну как, Танюшка? Не померзли?
— Живехоньки!
Весеннее солнце отражалось в парниковых стеклах. Щурясь и нагибаясь, Авдотья старалась заглянуть в глубь парников.