— Что ж это?.. — сказал Алеша и приподнялся на телеге. — Где же бабы?
— Тут где-нибудь, должно… В кустах… Передыхают, видно.
Матвеевич изо всей мочи гаркнул:
— Эй, бабы! Где вы тут? Стеша, Маланья! Эй! Стеша-а!
— А-а-а! — откликнулось эхо, и снова все стихло. Ни в кустах, ни на поле никого не было.
— Куда ж они девались? — жалобно, вытягивая похудевшую шею и оглядываясь, говорил Алеша.
— Куда, куда! — рассердился Матвеевич. — Завтра базарный день. По ягоды их черт унес.
Матвеевич не ошибся.
Часа два назад на поле пришла Анфиса, жена Финогена. Ни она, ни муж ее не были колхозниками, и она целыми днями «ягодничала».
Она едва тащила на коромысле две корзины черной смородины.