«Так недолго и авторитет секретаря партийной организации подорвать, — думала она. — Не мог поговорить со мной об этом дома!..»
Но Андрей не собирался поддерживать ее авторитет таким «семейным» способом и еще решительнее продолжал при общем молчании собравшихся:
— Орех без зерна, мина без взрывателя — вот что такое ваши наметки!
Этот маленький, но обуреваемый большими планами человек принес с собой тревогу в партийную организацию первомайцев. До его приезда все казалось хорошо и спокойно, а теперь возникли недовольство и неудовлетворенность. Он не замечал ни обиды жены, ни сумрачных лиц колхозников. Валентина знала в нем эту способность: наметив впереди цель, идти к ней, не считаясь ни с какими побочными обстоятельствами. Он встал и начал быстро ходить по комнате, маленький, сердитый, похожий на взъерошенного воробья.
«Учить ты можешь. Учить — это всякий сумеет, — с досадой и обидой думал про него Буянов. — А вот так ли ты сам-то работаешь по району?» Он решил задать секретарю ехидный вопрос:
— Вот, Андрей Петрович, ты все твердишь нам: «Узлы, новая ступень, пересадка». Интересовался бы я знать… Вот у нас был отстающий колхоз, а у тебя отстающий район. Где же у тебя по району эти самые узлы и пересадки, которых ты от нас хочешь? Или, на твой взгляд, это только для нас обязательно, а для всего района в этом нужды нет?
Андрей остановился, посмотрел на невинное лицо Буянова, понял скрытое ехидство его вопроса и повеселел.
— Нет. Это и для меня обязательно, Михаил Осипович.
— А что же это за узлы и за пересадочные станции районного масштаба в районных планах?
— Есть такой узел. Есть такая станция… – Смешенное выражение мечтательности и твердости появилось на лице секретаря. Он молча подошел к окну. Все притихли, заинтересованные его словами и наступившей за ними паузой.