Василию тоже полагалось выбрать «пару» среди многих глядевших на него девушек, но ему было так легко и радостно на душе в этот день, что не хотелось никаких тревожных чувств и любовных волнений. «Подойдешь к ней на минутку, а она об тебе год будет сохнуть! Ну их всех!»
Расталкивая толпу подростков, он подошел к девчонке и шутливо сказал, примериваясь сесть рядом:
— Не прогонишь меня, «Ващурка»?
Она вспыхнула, как огонь. Он сел рядом с ней и весь вечер шутливо ухаживал за ней.
Это не накладывало на него никаких обязательств: девчонка была еще слишком молода, все понимали, что он шутит. И он чувствовал себя беззаботным и веселым.
Девчонка хорошо танцевала, а когда он устал и прилег на траву, она запела ему слабым, но очень чистым и верным голосом.
Прощаясь, он даже не поцеловал ее и ушел с ощущением легкости и чистоты.
С тех пор он иногда танцевал с «Ващуркой», провожал ее до дому и по-прежнему полушутя ухаживал за ней. Когда он долго не видел «Ващурку», ему уже нехватало ее тоненьких песен, ее глаз, полных счастливого ожидания.
Они часто встречались зимой, а летом им пришлось работать вместе в поле. В работе она не уступала взрослым и была неутомима.
Василий уже привык к Дуняшке, носил вышитые ее руками кисеты и платки.