- Что это значит? - сказал я. - Неужели никого нет дома?
- А вот погоди, спросим, - прервал Закамский, посматривая кругом. - В самом деле, ни одной души! Постой? Вот как-то идет… Это, кажется, садовник Фома… Эй, любезный, поди-ка сюда!
Садовник Фома, седой старик в синем суконном камзоле, подошел к нам с низким поклоном.
- Что, братец, - спросил Закамский, - Алексей Семенович дома?
- Сейчас изволил уехать в Москву.
- А Надежда Васильевна у себя? - спросил я.
- Никак нет, сударь.
- А она также уехала?
- Вот уж часа три будет, как изволила уехать.
- Однако ж не в Москву?