На дворе замелькали огни.
— Скорей, скорей! — шепнула Смарагда, таща за собой Симского.
Но прежде, чем они добежали до крыльца, бояр Палади с целою толпою турков заступил им дорогу
— Постой, кукона! — сказал он, схватив за руку Смарагду. — Мы и без тебя угостим этих русских.
Симский и Фролов не успели вынуть своих сабель, их схватили и тотчас обезоружили.
— Свяжите хорошенько этих бродяг! — продолжал Палади, обращаясь к туркам. — Как ваш ага воротится, так мы расспросим их порядком, зачем они сюда пожаловали, и если они подосланы…
— О нет! — вскричала Смарагда. — Уверяю тебя… они заплутались… заехали сюда нечаянно!..
— Э, да как ты за них заступаешься, кукона!.. Посветите-ка сюда, — продолжал Палади, подходя к Симскому. — Ну так и есть! — сказал он, нахмурив свои густые брови. — Милости просим, господин офицер!.. Теперь мы с тобой разочтемся!.. Я дал по тебе промах, проклятый русский, да авось теперь не промахнусь! — промолвил он, вынимая из-за пояса пистолет.
— Ты убей и меня вместе с ним! — вскричала Смарагда.
Она обвила Симского обеими руками и крепко прижалась к груди его. В эту самую минуту ворота распахнулись снова, и видный собою турецкий ага в сопровождении многочисленного отряда спагов въехал во двор.