— И я также, любезный друг, не прочь от этого. Дай время подумать, поразмыслить…
— Да что тут размышлять? Коли мой племянник тебе по сердцу…
— Кто говорит: он молодец прекрасный, да и немцев-то не так любит, как я прежде думал.
— Кто? Василий? С чего ты взял, что он любит немцев? «Мы, дескать, люди петербургские, так у нас все на немецкую стать!..» А попытайся кто-нибудь сказать при нем непригожее слово о нашей матушке святой Руси, так он на нож полезет!.. Ну что ж, друг сердечный, пореши чем-нибудь!
— Экий ты проворный… пореши! Да ведь это не что другое… Иль, по-твоему, невеста в самом деле товар, а жених купец?
— А, понимаю!.. Ты хочешь прежде посоветоваться с Ольгой Дмитриевной?
— Ну, вот еще!.. Ее дело девичье, стану я с ней об этом говорить!
— Так что ж тебе за охота понапрасну меня маять? Ведь уж мы оба с тобой каждый денек считаем, и коли Господь посылает радость, так откладывать нечего.
— Правда, Данила Никифорович, правда!
— А коли правда, так о чем и думать?.. Что ж, Максим Петрович, по рукам, что ль?