Мне сказывали, какой-то Симский… Что это он ей напевает?.. А, видно, что-нибудь такое… глядите, как она вспыхнула!
— Ну, это еще хорошо, Ирина Никитична, видно, совесть есть.
— Какая совесть!.. Вон видите: она прямехонько смотрит ему в глаза, говорит с ним… смеется… Фу, срам какой!
— От нее чего ждать, Ирина Никитична, девчонка глупая, да тетке-то как не стыдно, чего она смотрит?
— Помилуйте, до того ли ей!.. Поглядите, как ее облепили и немцы и русские!.. А она-то, матушка моя, так и коверкается, то с тем, то с другим!.. Ну, нечего сказать, хороша барыня!..
— И, Матрена Дмитриевна! муж в Азове, унять некому, так что ей, гуляй себе, да и только!
— А вот начинаются и танцы… Что вы, Ирина Никитична, минавею пойдете?
— Может быть.
— А если вас станут подымать на кондратанец'?
— Нет, Матрена Дмитриевна, покорнейше благодарю!.. В прошлый раз достался мне какой-то долгоногий немец, да прыгун какой… замучил, проклятый!.. Ни за что не пойду!