Не сразу можно было решить: является это углубление случайным или искусственным? Целый ряд данных (центральное положение на площадке пещеры, соответствующая очертаниям лежащего человека форма могильной ямы) указывает на ее искусственное происхождение. Это — могила, памятник древнейшего погребения. Возникает вопрос, куда же девалась остальная часть скелета. Над самым погребением было открыто довольно глубокое очажное углубление. Более поздние обитатели пещеры, когда рыли это углубление, дошли, очевидно, до самой могилы, в центральной ее части, причем человеческие кости, вероятно, при рытье были выкинуты вместе с землей, так что остались лишь жалкие остатки неандертальского скелета.
Если это объяснение Бонч-Осмоловского правильно, то перед нами могила, памятник древнейшего погребения. Это говорит о появлении религиозных представлений у неандертальцев.
Найденные при раскопках кремневидные орудия относятся к типу позднеашёльскому и мустьерскому. Скребла, остроконечники, найденные тут же кости с нарезами поясняют применение этих орудий. Кремневидными орудиями вспарывали и разрезали шкуры, расчленяли тушу, отрезали и соскабливали с костей мясо. Скреблом соскабливали надкостницу с костей, из которых приготовляли костяные шилья, правда, еще редко встречавшиеся. Скреблом и наконечником производили и несложную обработку дерева. Остроконечники использовались в виде наконечников копья и употреблялись для просверливания дерева и кож, для разделывания дичи, так как края у них были пилообразные. Найденные здесь миниатюрные ручные рубила не могли служить у киик-кобинского жителя в качестве действительных рубил или ударников, они скорее всего употреблялись так же, как и скребла, благодаря своим режущим краям, для резания и скобления.
Остатки крупных животных — быка, оленя, лошади, сайги и мамонта, найденные в гроте Киик-Коба, говорят о том, что неандертальский человек, так же как и его собратья — неандертальцы Западной Европы, не удовлетворялся ловлей мелких животных, он охотился и на крупного зверя. Но отдельные охотники-неандертальцы с их примитивными орудиями не могли рисковать нападать на крупных животных. Это было под силу только целому коллективу. Кроме того, по предположению Бонч-Осмоловского, на крупного зверя не нападали, а гнали его к обрыву, запугивая огнем.
«Окружив целой ордой отбившееся от стада животное, запугав его огнем (факелами), криками, стуком и бросанием палок, его затем гнали к обрыву, с которого оно падало и разбивалось. Камни и дубины служили в этом случае для добивания уже искалеченного при падении зверя. Местоположение грота Киик-Коба, расположенного на углу скалистого массива, полого спускающегося к северу, представляет в этом отношении большие удобства»[22].
Очажные остатки свидетельствуют о том, что древний человек пещеры Киик-Коба, так же как и неандертальцы других стоянок, имел в своем распоряжении огонь. Пользовался ли он им в готовом виде или сам добывал трением, не легко решить. Ни в данном, ни в других подобных местонахождениях не найдено тому никаких доказательств.
Другая находка остатков неандертальского человека на территории СССР, как уже указывалось, была сделана в Узбекской ССР, в гроте Тешик-Таш. Этот грот расположен на юге Узбекистана, в горной гряде Байсун-тау. Гряда Байсун-тау тянется с северо-востока на юго-запад на протяжении 150 километров. Раскопки в этом гроте производились летом 1938 года. Здесь были обнаружены обломки костей животных, обработанные камни и остатки очажков. Сразу же под культурным слоем, на глубине 25 сантиметров от поверхности, был открыт у стены грота череп человека, лежавший затылком кверху. Череп был раздавлен верхними слоями земли, но кости оказались в хорошей сохранности.
Череп лежал в небольшом углублении; тут же, около черепа, были найдены в разрозненном состоянии и другие кости скелета: первый шейный позвонок, фрагменты ребер, ключиц, плечевой кости и бедер. Между ребрами человека был найден копролит хищника; на некоторых костях имелись следы зубов хищника. Все обнаруженные остатки человека были подвергнуты самому тщательному изучению в Институте антропологии в Москве, после чего был сделан вывод, что обладателем этих костей был мальчик-неандерталец.
Неандертальский мальчик из Тешик-Таш. (Скульптура М. М. Герасимова).