Михаил Васильевич Ломоносов нашел в работе Крашенинникова лишь «невеликие и немногие неисправности в штиле» и высказался за скорейшее напечатание ее издательством Академии наук.
М. В. Ломоносов и сам оставил глубокий след в области изучения первобытности. Нам известно его этнографическое сочинение о самоедах — ненцах. Большую ценность для этнографии представляет первый том его «Древней Российской истории от начала российского народа до кончины великого князя Ярослава I или до 1054 года».
Чрезвычайно важно, что гениальный ученый начал русскую историю не с государей династии Рюриковичей, а с происхождения русского народа. Ломоносов беспощадно боролся с академиками-немцами Байером и Миллером, пропагандировавшими антинаучную теорию норманского происхождения русского государства.
Великий русский ученый-патриот в этом же своем труде выступил против признания неполноценности других народов («языков»): «ибо не о едином языке утвердить невозможно, чтобы он сначала стоял сам собой, без всякого применения. Большую часть оных видим военными неспокойствами, переселениями и странствованиями в таком между собою сплетении, что рассмотреть почти невозможно, коему народу дать вящшее преимущество».
Ломоносов был также инициатором географического обследования России. Академия наук в 60-х и 70-х годах XVIII в. организовала целый ряд географо-этнографических экспедиций, из которых особенно замечательны были экспедиции академика Петра Палласа (1768–1774 годы), Лепехина (1768–1772 годы) и Самуила Гмелина (1768–1769 годы).
Большой материал как по этнографии нашей родины, так и по этнографии зарубежных стран был собран участниками русских кругосветных плаваний.
Всего в первой половине XIX в. русские моряки совершили около 40 кругосветных плаваний. Навсегда сохранят свое значение для этнографии и истории первобытного общества их исследования в Океании и Америке.
Русские ученые собрали в XVII–XVIII вв. ценнейший этнографический и исторический материал для истории первобытного общества и дали первоклассное объяснение ряда ее темных вопросов. К сожалению, благодаря антинародной политике царизма лучшие достижения русских ученых пребывали под спудом и в значительной своей части оставались неизвестными другим народам.
В течение четырех с половиной столетий, прошедших с того времени, когда смелый мореплаватель Христофор Колумб, устремившись в сказочную Индию, неожиданно для себя и для своих современников открыл новый материк с многомиллионным населением, легенды о «дивьих людях» развеялись в прах.
Мы теперь знаем, как тесен и беден был мир древних и средневековых ученых, как далеки были от истины их представления о человечестве и его прошлом. Теперь мы знаем, что в Индии и Китае существовали огромные города в те времена, когда на месте древнейших городов Европы, на месте Афин, Рима, Парижа, рос еще девственный лес. У таитян нашли карту, показывающую, что им давным-давно были известны почти все острова Тихого океана. Туземцы, обнаруженные в Австралии, Тасмании и Новой Зеландии, гигантские статуи, дразнящие воображение исследователей, на затерянном в океане острове Пасхи, большие древние государства ацтеков и перуанцев, долго сопротивлявшиеся испанским завоевателям, следы давнего пребывания многочисленных племен и народов среди льдистых фиордов Гренландии и тундр Сибири, — все это свидетельствует о том, что еще на заре своей культуры, пользуясь первобытными способами передвижения, люди умудрились проникнуть в самые глухие уголки земли за много веков и тысячелетий до того, как туда добрались культурные европейцы.