— Не узнаете, что — ли, Семен Васильич?
Я остановился и с недоумением воззрился на парня. Лицо — знакомое и не знакомое. Но фигура… да, вот именно фигура?!
— Владыка — воскликнул я, отступив на шаг.
Кто бы мог признать в этом моложавом человеке, похожем на деревенского парня, без бороды, без усов, без волос, благообразного владыку Вениамина? Он с грустью смотрел на меня. Федосеич, обычно весельчак и шутник — отвернулся и мрачно сосал папиросу.
Мы молча вошли опять в ту же комнату мелиоративного бюро.
— Неужели всех свяшенников в Кремле остригли? — спросил я.
— Конечно, всех. — сказал владыка.
— И митрополита Петра?
— Да, и Петра на острове Анзере остригли.
Водворилось молчание. Федосеич продолжал курить.