— Я возымел желание спросить у вас, сэр, как чувствует себя наш узник. Хотелось бы доставить его туркам в добром здоровье.
Как раз в эту минуту обезьяна укусила капитана за палец, за что получила сильный щелчок по носу.
— Мне докладывали… Проклятая тварь! Кажется, я ее вышвырну за борт!.. мне докладывали, что с тех пор как его доставили на корабль, он не выпил ни глотка воды и не проглотил ни куска хлеба.
— Да? — удивился дипломат. — Чего же он хочет?
— Вероятно, свободы, — подумав ответил капитан. — Славяне — упорный народ.
— Где он содержится?
— В трюме. За решеткой. Обычное место для тех, кого я сажаю под арест.
— Вероятно, там… не слишком комфортабельно? — улыбаясь, сказал дипломат.
— Терпимо, если не считать крыс, вони и духоты. Притом его доставили в цепях.
— И он хочет свободы? Не пьет и не ест?.. До Константинополя, если ветер не переменится, еще шесть-семь суток. Он может умереть. Надо, что б он пил и ел. Надо его хоть изредка выводить на палубу, разумеется, в цепях… Сделайте это, кстати, я хочу его видеть.