— Я ведь приказала отвечать всем, что меня нет дома!
Но в эту минуту дверь в столовую отворилась, и на пороге предстал… Не поставщик на армию, нет, и не другой какой-либо смелый поклонник мадемуазель де Балли, а сам Александр Иванович Чернышев, un ami intime de l’empazeur Alexandre — «интимный» друг императора Александра, генерал-адъютант Чернышев собственной персоной…
И притом с огромным букетом роз!
Я едва сдержал улыбку, когда увидел его удивленное лицо.
Он был во фраке и, надо сказать, казался куда менее представительным, чем в генерал-адъютантском мундире.
Я тотчас встал.
— Мы, кажется, знакомы, — сказал, немного запинаясь, Чернышев. Мне сразу же представился домик войта в пуще и сам Александр Иванович за туалетом. Мадемуазель де Балли, однако, ничуть не смутилась и тотчас приказала поставить третий прибор.
Александр Иванович, облобызав ее ручки, как ни в чем не бывало продолжал:
— Я, может быть, некстати, но разве вы, прелестная Аврора, не разрешили мне являться к вам без доклада?
— Но сегодня четверг, дорогой генерал, и вы должны быть на дежурстве во дворце.