— Дело. Это на случай, если в заброшенной кошаре переночевать придется… Ну, а харчи прозапас?
— Да у вас же разжились, — отчитывался Иван Никитич.
— Вижу, корова навьючена не хуже верблюда, — разглаживая подстриженные усы, согласился провожающий и спросил: — А спички, к примеру, есть?
Иван Никитич, сдерживая досаду, вынужден был показать провожатому, что у него есть в кармане штанов коробка спичек.
— Спички, дед, переложи в полушубок, в боковой. Ты меня слушай. Я, брат, старшина разведки — опыт имею, а ты по обличью, видать, нестроевой. Агафья Петровна! — вдруг крикнул он в сторону проселка, по которому проезжала женщина в бедарке. — Известия по радио как там?
— Было бы на озимом так хорошо, как на фронте! — прокричала Агафья Петровна.
— А про погоду что говорили?
— Будто ничего особенного, — ответила женщина и громко стала понукать лошадь.
Провожатый немного подумал и потом уже, махнув пустым рукавом шинели, напутственно сказал:
— Валяйте! В добрый час!