Миша внезапно отдернул от трубы ухо, потому что в дот прилетел звенящий вопрос Гаврика:
— Танкист?
— Не угадал.
— Летчик?
— Нет, артиллерист.
— Сам бог войны?.. Ты не ошибся?
— На нашивке две пушки крестом. И знаешь, зачем приехал?
Тут Мише Самохину, и без того медлительному, захотелось с толком рассказать интересную новость. Он лег поудобней на бок, привалившись плечом к стене и закинув ногу на ногу. Пока он устраивался, из трубы слышались то тяжелые вздохи, то сердитый голос Гаврика:
— И через трубу вижу, что ты. Мишка, задаешься… Тысячу трудодней, должно быть, заработал?. А мне с Нюськой возись. Чуть отвернусь, сейчас же затянет «у-гу-у».. А потом мамка начнет высказываться…
Мише стало жаль товарища.