Миша с досадой понял, что удачного подхода для разговора с майором ему не найти и не придумать.
Из домика по одному, по два стали выходить люди. Они забирали стоявшие у стены вилы и грабли и направлялись в степь. Доносился их отрывочный разговор:
— Марью Захаровну Самохину покличьте!
— В степи она нужней!
— Лопаты у председателя!
— Пальцами окопы не будешь загребать!
Услышав эти голоса, Миша не захотел сложа руки ждать появления майора. Он отошел от стены и стал очищать улицу от камней, складывая их в кучу.
Майор появился около бедарки так неожиданно, что Миша невольно выронил желтоватый кругляк и, вытянувшись, приложил ладонь к козырьку кепки.
— Вольно, — сказал майор и, будто споткнувшись, остановился, рассматривая свои начищенные сапоги и в то же время искоса поглядывая на Мишу сверлящими глазами.
Майор был человеком пожилым, невысоким, грузноватым. Плечи его плотно облегало черное кожаное пальто.