Озадаченный солдат продолжал вглядываться, но затем, видимо разглядев подходившего, вскинул ружье и крикнул:
— Стой, буду стрелять!
Молодой бур прыгнул, как тигр. Его левая рука схватилась за ружейный замок, правая сдавила горло часовому.
— Пикнешь — конец, — тихо, но выразительно произнёс Питер Мариц.
Лёгкий свист — и его товарищ вырос рядом как из-под земли.
— Бери его ружьё. Вот так. А теперь, дружище, слушай ухом, а не брюхом, — строго приказал Питер Мариц ошалевшему часовому, извивавшемуся в его стальных руках. — Следуй за этим человеком и молчи как убитый, тогда всё кончится для тебя благополучно. А чуть что, тут же на месте капут. Понял?
Бедняга, как умел, показал, что понял.
— А на всякий случай, — продолжал бур, — маленькую неприятность, уж извини, я тебе сделаю.
С этими словами он снял с молоденького испуганного часового его пояс с патронной сумкой, вынул свой охотничий нож и разрезал пояс на брюках пленного, так что тому пришлось их поддерживать руками.
— Теперь веди его к нашим. Не бойся, он не попытается бежать, знает, что далеко не убежит... Двое пусть останутся с ним, а с остальными воротись сюда.