— Я хочу только смотреть.
Она оправила на себе одежду, а господин в это время отпустил Бижу. Хотя одежда их была измята и сидела криво, они вежливо раскланялись и поспешно удалились.
Бижу осталась сидеть, смеясь своими длинными раскосыми глазами. Баск сказал:
— Мы их неплохо позабавили. Одевайся и пошли со мной. Я решил отвезти тебя ко мне домой. Я буду тебя писать и заплачу маман, сколько полагается.
И он взял ее к себе, и они стали жить вместе.
Хотя поначалу Бижу думала, что Баск будет держать ее исключительно для себя одного, скоро она поняла, что ошибалась. Почти все время он использовал ее как натурщицу, а по вечерам к нему всегда заходили в гости коллеги-художники, для которых Бижу готовила ужин. После ужина она получала распоряжение лечь на диван в студии. Баск тем временем беседовал со своими друзьями. Она просто лежала рядом, а он ее трогал. Гости не могли не обращать на них внимания. Его ладонь автоматически двигалась вокруг ее полных грудей. Сама Бижу не шевелилась и только приятно покорствовала. Он трогал ее платье так, словно это была ее кожа. Платья она всегда надевала очень облегающие. Он шлепал ее и ласкал, гладил по животу и вдруг принимался щекотать так, что она извивалась. Он расстегивал платье, извлекал одну грудь и говорил друзьям:
— Вы видели когда-нибудь такую грудь? Только взгляните!
Они и глядели. Один сидел и курил, другой делал зарисовки, а еще один говорил, но все они глядели на нее. На фоне черного платья ее совершенная по своей форме грудь смотрелась так, будто была высечена из древнего мрамора цвета слоновой кости. Баск пощипывал соски, которые от этого становились красными.
Затем он снова застегивал платье и проводил ладонью вверх по ноге, пока не добирался до подвязки.
— Не слишком ли ты ее перетянула? Дай-ка я проверю. Не останется ли следов?