— Если промокла, сними всю одежду, и Пьер просушит ее перед камином. В гостиной стоит ширма, за которой ты можешь раздеться. Пьер подаст тебе одно из моих кимоно.
Пьер с готовностью взял у матушки кимоно и установил ширму. В гостином камине горел приятный огонь. В комнате было тепло и пахло нарциссами, расставленными повсюду в вазах, пламенем камина и сандаловыми духами гостьи.
Она передала ему свое платье поверх ширмы. Платье было еще теплым и хранило ее запах. Пьер перебросил его через руку и, прежде чем развесить на стуле перед камином, с вожделением обнюхал. Потом она отдала ему шуршащую юбку, шов на которой был мокрым и грязным. Пристраивая юбку перед огнем, Пьер тоже ее обнюхал и пришел в восторг.
Гостья болтала и совершенно естественно смеялась, не обращая внимания на возбуждение, охватившее мальчика. Она бросила ему еще юбку, на сей раз полегче, теплую и пахнущую мускатом. Под конец она со смущенным смешком выбросила длинные кружевные панталоны. Вдруг Пьер понял, что делать это вовсе не было необходимости, поскольку панталоны не промокли. Она отдала их ему потому, что хотела этого. Он понял, что теперь она стоит за ширмой почти нагая и знает, что он может увидеть ее тело.
Когда она посмотрела на него из-за ширмы, он увидел ее пухлые округлые плечи, блестевшие, как мягкие подушечки.
Женщина рассмеялась и сказала:
— Ну так давай же кимоно.
— А чулки у вас не мокрые? — спросил он.
— Да, разумеется. Сейчас сниму.
Она наклонилась, и он представил себе, как она отстегивает подвязки и скатывает чулки. Он попытался вообразить, как выглядят ее ноги и ступни. Он больше не мог сдерживаться и толкнул ширму.