Синие огоньки вспыхивали в сложных радио-аппаратах.
— Дж-з-дж-з-з-дж, — резко скрипел передатчик, принимая посылаемые с „Палтуса“ радиограммы.
— Как подъемы?
— Сегодня… сделали… десять подъемов, — медленно останавливаясь на каждом слове, говорит Гиршевич.
Передаваемые на условном радио-языке продолжительные и короткие звуки опытное ухо Гиршевича расшифровывает на лету:
— За семь дней „Палтус“ взял почти полный груз. Завтра к вечеру идем в Мурманск. Поймали трех больших полярных акул…
Простившись с „Палтусом“, Гиршевич снимает наушники.
Лов траулерами рыбы очень интересен. Вместе с треской и пикшей трал вытаскивает массу других — фантастической окраски и формы — рыб и животных. Поэтому я коротко расскажу о траловом лове, виденном мной два месяца спустя у Святого Носа на тральщике „Максим Горький“.
…Трал — огромная сеть в виде мешка. Его спускают на дно моря. Трал волочится за описывающим крути в море траулером. Через определенные промежутки времени трал вытаскивается паровой лебедкой на палубу. Подъем трала — самый захватывающий момент. Каждый подъем всегда приносит какую-нибудь неожиданность, — то глубоководную рыбу, то морское растение, то редкое морское животное. С каждым подъемом море открывает человеку еще одну свою тайну.
Бодро стучит лебедка, вытягивая канаты, на которых спущен трал. Мелкой дрожью трясется палуба. Взявший полный улов трал — страшная тяжесть.