— Идем дальше к полюсу!
— Нет, — обратно к земле Рудольфа. До нее пятьсот километров. Мы погибнем голодной смертью или у полюса, или в полыньях моря Виктории. Мы идем обратно в Теплиц-Бай.
Подойдя к своей нарте, Каньи вынул шелковый итальянский флаг и водрузил его в груду запушенных снегом торосов.
Эпилог экспедиции „Стелла Поляре“ таков: зимовка итальянцев в Теплиц-Бае в брезентовых палатках прошла благополучно. Частые метели намели сверху палаток огромные сугробы снега, превратив их в эскимосские снежные хижины. Внутри палаток поэтому стояла сносная температура. Весной после возвращения Каньи итальянцы спустили лежавшую на боку „Стелла Поляре“ в проделанную под ней прорубь. Приведя обледеневший корабль в годный для плавания вид, итальянцы принялись прорубать во льду канал из бухты в открытое море. Канал прорубали топорами, кирками, рвали динамитом. Итальянцы опасались, чтобы лед в бухте не простоял неподвижно до новой зимы. Канал прорубали почти все лето. Только 11 августа сильный ветер взломал перемычку, отделявшую канал от моря Виктории.
Через день „Стелла Поляре“ вышла из Теплиц-Бая в море Виктории.
Помимо установленного Каньи рекорда, экспедиция герцога Абруццкого дала и чисто научные результаты. Экскурсии, произведенные герцогом Абруццким и учеными, пока Каньи ходил по полюсу, значительно обогатили представление о природе севера архипелага. В результате экспедиции было окончательно опровергнуто упорно существовавшее со времен Пайера и Вейпрехта мнение, что суша простирается далеко на север от острова Рудольфа. Рейс „Стелла Поляре“ в море Виктории доказал, что никаких земель там нет. Не видел никакой земли и Каньи.
…На вытаявшем буром куске земли на берегу бухты Теплиц-Бая стояли развалины дома и досчатый скелет брезентового пакгауза. Ветер трепал обрывки оставшегося у досок истлевшего брезента. От лежавших у пакгауза шлюпок остались одни, похожие на ребра моржей, обломки. Под кормой одной шлюпки валялся собачий череп. Около разбитого боченка в снегу белел спинной костяк пони. Следы смерти опять встретили нас. Снежный сугроб, в котором лежал костяк, широким краем подходил к окну дома.
Взобравшись по сугробу, прыгаю с подоконника выломанного окна внутрь зимовья.
Тление коснулось и его.
Маленькая комната до половины заполнена грязным льдом. Лед не таял уже четверть века. Сквозь дыру от обвалившегося куска крыши в комнату нанесло сначала снега. Слежавшись, он превратился в зачаточный ледник. Язычок ледника захватил уже половину коридора.