Так вот и получилось, что писарь проплясал всю ночь, и надо сказать, что таких коленец ему не приходилось выделывать никогда прежде, да и после того ни разу в жизни не хотелось ему повторять этот танец. Всю ночь бросало и швыряло его из угла в другой, так что он чуть до смерти не зашибся. Сперва он принялся ругаться, потом расплакался и стал молить о пощаде. Но ничего ему не помогало - до самого рассвета. А на рассвете дверь отпустила писаря, и он бросился бежать и на радостях и про мешок с деньгами, и про свое сватовство забыл. И только одного боялся - как бы дверь не побежала за ним вприпрыжку! Встречные диву давались, завидев писаря, - мчится как сумасшедший. Да что там говорить, бодай его всю ночь стадо баранов, он и тогда бы, небось, так ужасно не выглядел,
На третий день ехал мимо фогт. Он тоже увидел в чаще золотую хижину. И ему захотелось зайти взглянуть, кто живет в хижине. А как увидел он Чудо-Девицу, до того влюбился, что тут же предложил ей руку и сердце. Чудо-Девица ответила ему то же, что и двум другим:
- Если у тебя много денег, тогда что ж...
- У меня их не так уж мало, - ответил фогт. - Сейчас побегу за ними домой.
Так он и сделал. А вечером вернулся и положил перед Чудо-Девицей огромный мешок денег - раза в два был он больше мешка, который притащил писарь. Ну что ж, раз так, быть ему мужем Чудо-Девицы.
Но не успели они лечь спать, говорит ему Чудо-Девица, что забыла загнать в хлев теленка. Придется ей встать и загнать теленка.
- Ни за что! - закричал фогт. - Я сам все сделаю!
И толстый фогт легко, словно юноша, спрыгнул с кровати и вышел во двор.
- Эй, послушай! Как только ухватишься за телячий хвост, скажи мне, - говорит ему Чудо-Девица.
- Ухватился! - крикнул фогт.