Но странно: после того, как убежали дети, я стал скучать и заглядывал в окно, будто поджидал их. И я решил после чая отправиться искать Андрюшку с его товарищами.
Ребят я без труда разыскал на обрывистом берегу реки. Но то, что они там делали, мне было совсем непонятно. Они сидели будто в засаде и зорко к чему-то присматривались.
„Играют в прятки“, — подумал я; но тотчас же разубедился в этом, потому что в той стороне, куда смотрели дети, не было ни души на вытаявшем береге.
— Что вы тут делаете? — ласково спрашиваю не заметивших меня ребят. Ребята было бросились от меня в сторону, но сразу остановились, видя, что нет на мне страшных очков.
Я погладил одного по голове, потрепал черноглазую девочку по щеке, и дети осмелились. Андрюшка, старший из них, наконец, раскрыл рот и проговорил смело на мой вопрос:
— Пуночек ловим! вон… птичек…
Я посмотрел в сторону, куда он указывал, и, действительно, увидал беленькое стадо снежных жаворонков, которых на Печоре зовут пуночками.
— Зачем же вы ловите их?
— Есть! Мамка жарит… Купец просит…
— Зачем же купцу нужны эти пуночки ваши? Он тоже ест, что ли их?