- Держи ее!
Бросился к рыбе и давай ловить. Рыба по берегу скачет, а он прямо животом на нее бросается, никак поймать не может; чуть она не удрала обратно в реку.
Наконец он ее схватил. Я набрал в банку воды, Шурик пустил в нее рыбу и стал разглядывать.
- Это, - говорит, - окунь. Честное слово, окунь! Видишь, какие у него полоски. Чур, мой будет!
- Ладно, пусть будет твой. Мы еще много наловим.
В этот день мы долго удили. Поймали шесть окуньков, четырех пескарей и даже ершика одного выудили.
На обратном пути Шурик нес банку с рыбой и даже подержать не давал мне. Он был очень рад и совсем не обиделся, когда увидел, что его калоша исчезла, а вместо нее на калитке висит новенький голубой ящик для писем.
- Ну и пусть, - сказал он. - По-моему, ящик еще даже лучше калоши.
Он махнул рукой и поскорей побежал показывать рыбу бабушке. Бабушка похвалила нас. А потом я ему сказал:
- Вот видишь, а ты колдовал! Ничего твое колдовство не значит. Я в колдовство не верю.