Для примера Илья играет сам. Он нажимает на смычок с такою силою, что кисть руки теряет подвижность, и тотчас тяжелеет у скрипки звук.
– Так нас, барин, в Санкт-Петербурге обучали! – не без гордости объясняет Илья.
Мишель снова берет смычок и, зажав его в пальцах по примеру Ильи, извлекает такой же скрипучий звук. Рука быстро немеет, а смычок наливается свинцом. Придется повоевать, видно, и со скрипкой и со смычком.
Мишель вгоняет учителя в седьмой пот. Отпустит его в застольную, а после обеда снова встречает со скрипкой в руках.
– Ну-ка, теперь послушай, теперь каково?
Илья удивленно глянет на барчука: экий быстрый!
– Скрипка, она жару просит! – наставляет он. – Поддай ей, поддай, Михаил Иванович!
Учитель помаленьку осваивается на ученом поприще. А ученик все чаще смотрит на скрипку, склонив голову набок.
– Жару-то ты, может быть, и просишь, а еще чего?
Капризная царица оркестра требовала чего-то такого, чему не мог научить сам первый шмаковский скрипач.