В пасмурный февральский день 1821 года Лев Пушкин, возвращаемый родителям, покидал пансион, нимало не думая о страхах, причиненных им начальству. Прощаясь с товарищами, Левушка вскинул курчавую голову:
– Подождите, еще задаст Саша плешивым, будут помнить!.. И, верный своей страсти к стихам, Лев напоследок еще раз прочел из братниной оды:
Тираны мира, трепещите!
А вы мужайтесь и внемлите,
Восстаньте, падшие рабы!..
Левушка уходил из пансиона ничуть не огорченный переменами в собственной судьбе.
– Куда ты теперь, Лев?
– В гусары!.. – отвечал, не задумываясь, Лев Сергеевич.
Пансионский швейцар в последний раз закрыл дверь за бывшим пансионером и со звоном повернул в замке увесистый ключ.
О тишина! О спасительная тишина и благонамеренное молчание!