– Да ты наверное ли знаешь, старче?
– Что, дядюшка?!
– Про муравьев-то? Может, они соловью годны, а для дрозда не действительны? Что молчишь, истукан?!
На другой день, проводив шмаковского дядюшку и уже совсем собравшись в пансион, Михаил Глинка спросил у Ивана Андреевича:
– Дядюшка, где Вейгль?
– Что ты разумеешь из Вейгля, мой друг, какой опус?
– «Швейцарское семейство»…
– А! Возьми на второй полке справа.
Нужды нет, что «Швейцарское семейство» обитало не на второй, а на четвертой полке, и не оправа, а слева. Глинка все-таки разыскал клавираусцуг оперы Вейгля и взял его с собой.