– Кому ж охота, – отвечал Илья, – некоторые олигархи и вовсе в присутствие не ходят!
– Не перебивай!.. «Важное, – говорит олигарху гонец, – очень важное известие!» – «А важное, так до завтра», – отвечал олигарх и, не читая, спрятал письмо.
Илья снова потерял интерес к рассказу, потому что из спрятанного письма наверное ничего не узнаешь.
– Но назавтра, – трагически окончил поучение Глинка, – неприятели уже ворвались в город и отрубили олигарху голову… Никогда, старик, не откладывай на завтра то, что надобно сделать сегодня, насчет ватрушек тоже. Понял?
– Понял, – неопределенно ответил Илья. – Завтра обязательно испечем!
– Зря я тебе про олигарха расказывал… – усмехнулся Глинка. – Ну, ступай, приведи извозчика получше!
Елена Дмитриевна Демидова сидела в тот вечер в одиночестве, закутанная в соболью пелерину.
– Надул итальянец, – жалобно сказала Елена Дмитриевна, – придется нам без Беллоли петь! – Она протягивала слова à la мужик, а серые глаза смотрели на гостя с простодушной ленцой: – Может, как-нибудь и споемся? – и скинула соболий мех с крутых плеч.
Все было готово к началу опасного романа, но вместо того началась репетиция. Елена Дмитриевна готовила с Глинкой «Волшебный напиток», оперу Доницетти.
Они пели дуэт в полном согласии. «Волшебный напиток», изготовленный в Италии, пришелся как нельзя более по вкусу правнучке тульского кузнеца. Но Глинка упорствовал в прежнем своем мнении: ни в чем не была так хороша Елена Дмитриевна, как в отечественных песнях. И хотя пела она их редко, но именно они, норовистые, чуть было не разбили вдребезги задуманную в Коломне сонату.