– Особенно хорош Сусанин, распевающий в опере свои куплеты! – с негодованием откликнулся Грибоедов.
– А каково мнение ваше о музыке «Сусанина»? – заинтересовался Глинка.
– Дивлюсь невзыскательным меломанам, – отвечал Грибоедов, – слушающим этот жалкий дивертисмент второе десятилетие. Ложные понятия всесильны в музыкальном театре. Если же суждено родиться национальной музыке, – а в том нельзя не разделить вашей веры, – тогда и музыканты обратятся к драме народной.
– И не смерть героя, а бессмертие народа будет главным содержанием этой драмы!
– Искренне верю вместе с вами… И тем более верю, что являются среди нас музыканты-патриоты… За примером недалеко ходить…
Глинка стал прощаться.
– Вы всюду опоздали, – удержал его хозяин дома. – Хотите послушать народные напевы Грузии, почерпнутые в моих странствиях?
Грибоедов сел за рояль и проигрывал песню за песней. Глинка особенно заинтересовался одним напевом.
– Редкой красоты напев! – сказал он.
– На моих дорогах много наслушался я, – говорил Грибоедов, продолжая играть.