– Как же петь, когда никаких слов нет?

– А ты без слов пой, слова потом придут.

Наташа присмотрелась, попробовала и под аккомпанемент Глинки спела мелодию.

– Господи, как хорошо! – сказала она растроганно. – Уж так хорошо, будто сама дома побывала.

– Здесь, сдается, у меня целый характер обозначился. Скажем, поет эту песню русский паренек, простодушный и чистосердечный. Все в его жизни просто, вот и песня простая. А вслушайся в эту простоту – в ней весь человек уместился. Ну-ка, послушай еще!

Глинка стал играть.

– А это что?

– Предположим, что ты слышишь увертюру к будущей опере.

– Понимаю, – сказала Наташа. – Песня тоже для оперы?

Глинка кивнул головой, продолжая импровизировать. Он посмотрел на сестру, и в глазах его было столько убеждения, столько веры в себя, что когда бы ни родилась будущая опера, непременно сохранит он для увертюры столь счастливо найденный напев.