Вспоминаю рассказ о том, как Корнилов, будучи уже офицером генерального штаба на службе в том же Туркестане, воспользовался отпуском, чтобы сделать большое дело.
Как некогда Вамбери, он оделся дервишем и, пользуясь отпуском, отправился в Афганистан. Его туземная наружность и знание местных языков помогли ему.
Успешно он выполнил свою задачу и, возвратившись из отпуска, представил результаты разведки по начальству.
Само собою разумеется, он получил лишь выговор за то, что рискнул делать отважную разведку без разрешения начальства.
Сравнительно недавний побег Корнилова из австрийского плена, совершённый так удачно, говорит также о необычайной решимости и силе характера этого человека.
Наконец, предъявление ультимативных требований Правительству о необходимых реформах в армии, тоже подтверждает, что запас воли у него большой.
В связи с некоторыми осложнениями в украинизации войск и неопределённости позиции Временного Правительства и высших военных властей, дававших Украинскому Войсковому Генеральному Комитету разрешение, вопреки полученным мною непосредственно от Керенского директивам по этому вопросу, я выехал в ставку Верховного Главнокомандующего в конце июля месяца.
Верховным Главнокомандующим был тогда Корнилов.
Несколько дней пробыл я в ставке, и только урывками удавалось поговорить с ним.
Встреча наша носила дружественный характер. Он вспомнили о давней нашей совместной службе, давних годах.