И мы работали.
Конечно, не время и не место здесь говорить о работах конференции во всех подробностях, но не могу не отметить, что со стороны датчан конференция и её работы встретили самое внимательное и серьёзное отношение. И этому мы в значительной степени обязаны успешностью работ конференции.
В конференции принимали участие, кроме датчан и представителей шведского красного креста, Россия и Румыния -- с одной стороны, Австро-Венгрия, Германия и Турция -- с другой.
Само собой разумеется, что среди делегатов враждебных сторон не было и тени враждебности. Напротив, отношения, хотя и официальные, установились самые лучшие; да иначе и быть не могло. Все приехали для одного дела: помочь улучшить положение военнопленных, которым, конечно, везде не сладко жилось.
Пусть не во всех вопросах мы сошлись, пусть многое осталось неудовлетворённым, но и то, что сделано, составляет большой плюс в тяжёлой жизни пленников, и конференцией намечен путь для дальнейших улучшений.
Но одному вопросу нам не удалось достигнуть соглашения, это по рабочему. Большинство внесённых по этому важному вопросу русской делегацией предложений не прошло: они оказались неприемлемыми ни для австрийцев, ни для германцев.
Ни фиксирование нормы рабочего дня, ни ограничения на работах особенно тяжёлых, ни, наконец, обеспечение инвалидности, полученной вследствие работ военнопленного, -- ничто это не получило разрешения, как ни настойчива была в этом отношении русская делегация.
Был ещё один важный вопрос: вопрос о транспорте.
Ведь пока существует только одна дорога для обмена военнопленных: через Швецию и Финляндию. Но это и длинный путь, и дорогой. Да и не может при настоящих условиях ни Швеция, ни Финляндия обеспечить массовый исход пленных, каковой предполагается по утверждении и введении в силу постановлений конференции об обмене.
И вот, австрийцами и германцами внесено предложение производить обмен через один из пунктов на фронте. Кроме того, австрийцами было внесено предложение об обмене всеми военнопленными, посидевшими более двух лет.